Пилот «Катерхэма» Виталий Петров рассказал о том, как складывались переговоры с английской командой в межсезонье, о взаимоотношениях с гоночными инженерами в двух коллективах, а также отметил, что постарается объяснить российским болельщикам, почему он не сможет вновь финишировать на подиуме на Гран-при Австралии.

«Зима выдалась трудной, ведь мы действительно не знали, что в итоге выйдет. Ситуация была сложной, но мой менеджер (Оксана Косаченко) проделала хорошую работу и нашла мне место.

Мы рано начали переговоры «Катерхэмом», но они велись долго, и в итоге одни тесты пришлось пропустить. Когда ты любишь чем-то заниматься, но сталкиваешься с вероятностью окончания карьеры, то волнуешься. Так что я рад, что все еще могу быть частью мира «Формулы-1».

Что касается увольнения из «Лотуса», то в определенный момент у нас возникло ощущение, что ситуация становится неясной. Мы немного переживали, но я все еще думал, что остаюсь частью команды, поскольку сезон складывался тяжело не только для меня.

Я все еще учусь, и, думаю, 2011-й стал для меня хорошим годом. Конечно, были ошибки, разные ошибки, но не такие, как в 2010-м. Тот год действительно был сложным, и если бы в 2011-м я продолжил выступать в таком же духе, то команда заменила бы меня еще после половины сезона, и это было бы справедливо.

Но в прошлом году были разные трудности, вроде переднего выхлопа и других, которые вынудили коллектив расстаться с гонщиками. Это несправедливо.

Если команде что-то не нравилось, она могла мне об этом сообщить, и я смог бы измениться. Я не высокомерный. И в третий год смогу сделать шаг вперед, как между 2010-м и 2011 годом», – цитирует Петрова Autosport.

Виталий также отметил, что переход из большой команды в маленькую требует иного подхода в работе.

«Команда из Энстоуна больше, в ней больше инженеров, аэродинамическая труба… А тут иногда нужно обращаться с проблемами чуть умнее, так что с точки зрения гонщика я определенно кое-чему научусь.

Стараюсь вникать во все сразу. В моем номере есть листок с именами всех инженеров в команде. Когда ты переходишь в новый коллектив, нужно узнать парней, построить отношения. Нужно понять, как с ними общаться и как они будут применять твою информацию для поиска настроек.

Разные инженеры по-разному понимают гонщика, когда тот объясняет, что у болида наблюдается недостаточная поворачиваемость. Так, иногда я показываю руками (движение руля), вместо того, чтобы просто написать на листке «избыточная поворачиваемость» и дождаться, когда они устранят проблему.

Чтобы понять друг друга, требуется время, особенно в общении с гоночным инженером. Это очень важные отношения. В 2010-м у меня с командой были проблемы, с Марком Слейдом. Он очень умный инженер, но отношения нельзя было назвать хорошими.

Он высоко ценится, поскольку у него 20-летний опыт, а ты – ребенок. Если он говорил выпрыгнуть в окно, ты должен был выпрыгнуть в окно. Я уважал его, слушал, и прыгал, если он так говорил. Но кое-что я делал неправильно. У меня есть свои ощущения, и мне нужно было быть активнее, но я боялся, что скажу что-нибудь не так.

Сезон начался плохо, у меня возникали аварии, и команда решила поменять отношения. В 2011-м все изменилось. У меня появился новый инженер – Аяо Комацу, который был мне как друг. Иногда, когда я выбирался из кокпита, достаточно было только взглянуть на него и ничего не говорить – он все понимал.

Что касается нового инженера – Джанлуки Пизанелло, то требуется время, чтобы узнать друг друга. Но это нормально, все в новинку.

Я – русский, так что возможно иногда буду казаться агрессивным, или он может казаться таким, поскольку он итальянец. Нам просто нужно получше узнать друг друга.

Новый болид? Он действительно совершенно иной. Это из-за прижимной силы. Например, вы же можете заметить разницу в три-четыре секунды, так и я, разумеется, чувствую нехватку прижимной силы.

Но команда совершенно другая. «Ред Булл» тоже когда-то сначала не был таким быстрым, но сумел пройти по своему пути. Если эта команда надеется попадать в Топ-10, то она должна поработать. Но поскольку у «Катерхэма» нет таких денег, как у «Феррари» или «Ред Булл», то это займет время», – сказал Петров.

Виталий также считает, что в России не все болельщики хорошо разбираются в «Формуле-1», но он постарается ввести их в курс дел.

«Людям трудно объяснить, какова «Формула-1» вообще. Я знаю эти гонки, но до того, как пришел в них, ничего не знал. Когда я общаюсь с российскими журналистами, то стараюсь объяснить, какова «Ф-1», что мы делаем, почему мы медленные, почему не можем победить. В этом году буду поступать так же, объяснять, почему мы на таких позициях и что нам нужно, чтобы добиться хороших результатов.

Многие российские болельщики рады, что я смогу продолжить выступать в «Ф-1». Но им надо объяснить, что, возможно, в этот раз не смогу финишировать третьим в Австралии, как в прошлом сезоне», – добавил Петров.