Защитник из ЮАР Тони Койл в свое время выступал за "Ростов", но после возвращения на родину из российского клуба несколько лет назад так и не смог нигде толком трудоустроиться, поставив крест на дальнейшей карьере.

- К сожалению, вернувшись из России, я закончился как футболист, - без обиняков сказал "СЭ" 33-летний Койл. - По каким причинам, сам не знаю, хотя много раз задавал себе этот вопрос. Вроде всегда профессионально относился к обязанностям, никогда никуда не опаздывал, отдавался работе на сто процентов. Даже теперь, хотя уже почти три года не играю, продолжаю поддерживать себя в спортивной форме. Но почему-то Бута, когда он вернулся из России, оценили, а меня - нет. Поначалу устроился в клубе "Суперспорт Юнайтед", но не сыграл за него ни одного матча. Спрашивается, зачем со мной подписывали контракт? Потом оказался в "Орландо Пайрэтс", и история фактически повторилась: принял участие лишь в одной игре. Обратился в "Танда Ройялз Зулу", "Морока Своллоуз" - не подошел. В конце концов, сунулся в первую лигу, в клуб "Университет Претории", но получил травму. На том решил поставить точку.

- Ваш приятель Стэнтон Фредерикс, поигравший у нас за "Москву", рассказал мне, что вы включились в строительный бизнес своего отца. Что возводите?
- Разное. И административные здания, и торговые центры. Не гигантские, конечно, все больше маленькие.

- Как по прошествии времени теперь оцениваете свой российский период?
- Неоднозначно. Полагаю, досрочному прекращению моей карьеры способствовал и "Ростов", который в течение полугода не выдавал мне трансферный лист, так что я не мог связать себя ни с каким клубом и потерял впустую массу времени.

- С чем были связаны эти проволочки? Вы уехали, не дождавшись окончания срока действия контракта?
- Нет, он завершился. Но "Ростов" тянул и тянул с решением моего вопроса, а я все это время не мог играть. Меня это больно ранило. Право, очень грустно вспоминать.

- По какому все же праву "Ростов" задерживал трансферный лист?
- Почему ко мне столь жестоко отнеслись, для меня загадка. Безумие какое-то. Молюсь, чтобы с другими не приключилось ничего подобного, начиная с того времени моя карьера пошла кувырком, став сплошным кошмаром. К тому же "Ростов" исхитрился и не выплатил мне полагающиеся по контракту деньги.

- Как же клуб посмел нарушить контракт?
- Очевидно, были попраны общепринятые правила. Мне говорили насчет контракта одно, а в нем, видимо, было записано другое.

- В общем, с вами приключилась та же история, что и с бывшим южноафриканским динамовцем Дилланом Шеппардом, агент которого обнаружил расхождения в контрактах на русском и английском?
- Примерно. Тем не менее желаю только добра клубу и людям, которые за него болеют. Знаю, что "Ростов" вновь играет в премьер-лиге, и рад за красивый город, в котором обрел немало друзей. Несмотря ни на что, в том числе не погашенные передо мной клубные долги.

- Какие чувства испытываете в первые дни чемпионата мира в родной ЮАР?
- Обидно, конечно, что в первом матче нашей сборной не удалось дожать Мексику, но и ничья на старте не так плохо. Проблемой южноафриканской команды всегда была нехватка времени на подготовку к большим турнирам. Постоянно все делалось в спешке, в сжатые сроки. И вот теперь Карлос Алберту Паррейра занимался с командой достаточно долго, что мне понравилось. А еще очень рад, что в заявку попал Мэттью Бут. Пусть он пока не проходит в состав, само присутствие этого опытнейшего футболиста для сборной чрезвычайно полезно. Кстати, его присутствие в ней опровергает утверждения, что-де русскому чемпионату недостает качества. Я-то на собственной шкуре испытал, насколько высок уровень этого турнира, и открыто смеялся над теми, кто доказывал обратное, ничего о нем не зная. Может быть, поэтому некоторые чернокожие тренеры и говорили, что я им не подхожу. Хотя определение "чернокожие" употребил исключительно ради истины, а не потому, что отношусь к кому-либо предвзято. Да, я горд тем, что играл в чемпионате России, пусть не всегда мне удавалось быть на высоте, пусть мне порой бывало трудно, пусть меня, иностранца, в вашей стране недолюбливали.

- Вы в самом деле думаете, что к вам относились с неприязнью?
- Как я уже говорил, в Ростове я обрел хороших друзей. Более того, получал удовольствие от того, что живу и работаю в этом городе. Всегда стремился быть в клубе членом семьи. Но, вероятно, я не всем нравился. Мне всегда, например, было интересно услышать, что думает обо мне Миша Осинов. Хотя с позиций сегодняшнего дня это уже и не важно.

- Судя по всему, у вас были напряженные отношения?
- Напряженные - это слишком. Осинов был капитаном, нес особую ответственность за результат, имел собственное видение ситуации в команде и отстаивал свое мнение. На него я ни в коем случае не сержусь. Желаю Мише и его семье всего самого лучшего. Как бы там ни было, я в любом случае с уважением относился к партнерам и всем им желаю только добра.

- Вернемся к стартовавшему ЧМ. Ждете продолжения выступлений "Бафана Бафана" с оптимизмом?
- Да. Верю, что и чемпионат в целом пройдет в Южной Африке с большим успехом и что сборная нашей страны выступит на нем достойно. Во всяком случае, пробьется в плей-офф. Теперь надо обыграть Уругвай и не уступить Франции. Или даже уступив ей 0:1, все же выйти из группы.

- Сами на матче открытия были?
- Нет. Билеты, как и на игру с Уругваем, достать не удалось. Так что смотрю на стадионах игры других.

- Как я понимаю, футбольная ассоциация приглашений вам не прислала?
- Увы, в Южной Африке не помнят тех, кто когда-то защищал ее спортивную честь. На моем счету 14 матчей за сборную, но меня ни разу в жизни ни на одно официальное мероприятие не пригласили. Я забытый футболист.

- А вот мы, как видите, о вас помним.
- И мне это очень приятно.