Президент "Локомотива" Ольга Смородская лично приехала на турецкий сбор команды, чтобы контролировать ход дел, а заодно на месте вести переговоры с агентами и футболистами.

– С Гатаговым продлили контракт до конца 2013 года. С Аланом пришлось не один раз разговаривать. Не скрою, возникло некоторое недопонимание. Но сейчас вопрос разрешен.

– Янбаев хотел узнать о своем будущем.
– Пообщаемся с Ренатом чуть позднее. Не знаю, чего он хочет. Я же намерена сообщить, что мы его не продаем.

– Говорят, появились предложения по Баше?
– Эта информация соответствует действительности. Но мы не хотим отпускать Башу. По мнению главного тренера, это хороший, необходимый "Локомотиву" игрок.

– Юрий Красножан признался: "В усилении нуждаются как минимум три позиции". Непростая задача для вас, учитывая размер предполагаемых затрат и время, которое поджимает все больше.
– Я готова понять всех тренеров на свете: им хочется получить в свое распоряжение как можно больше хороших игроков. У нас в этом направлении амбициозные планы. На каждую запрошенную позицию рассматриваем по несколько кандидатов. В каких случаях дойдет до сделки, предполагать не берусь. Не стала бы утверждать, что мы непременно и в сжатые сроки усилимся по всем трем позициям.

– В случае если Алиев останется в "Локомотиве", станет на одно вакантное место меньше? Не в этом ли выход?
– Скорее всего Алиев в "Локомотиве" не останется. Насильно удерживать его не собираемся. Если человек хочет уйти, он этого обязательно добьется. Сейчас вопрос только в том, куда Алиев уйдет.

– Быть может, все решается проще? Вы встречаетесь с глазу на глаз и предлагаете: "Саша, начнем работать с чистого листа".
– Мы прошли "точку невозврата". Об этом он заявил сам. В частности, высказывал свои желания в интервью.

– Как часто вы штрафовали Алиева за дерзкие интервью?
– Ни единого раза.

– Украинские источники утверждают, что Александр жаловался на денежные взыскания с вашей стороны.
– Оформлялись штрафы за нарушение спортивного режима.

– Большие?
– В некоторых СМИ фигурировали размеры штрафов, которыми якобы обложили Алиева в "Локомотиве": тридцать тысяч долларов, даже пятьдесят. Столь значительных сумм и в помине не было.

– Как строго наказан Сычев, вернувшийся из отпуска позже назначенного?
– Штраф – это лишь финансовая сторона наказания. Сычев сам в принципе переживает из-за ситуации. Не очень-то хорошо так поступать. Эта история наверняка послужит Диме уроком, и у него все будет хорошо.

– Возвращаясь к Алиеву: собираетесь ли пообщаться на сборе?
– Да. Он хочет со мной поговорить.

– Со стороны кажется, вы с Алиевым далеки от взаимопонимания.
– Прежде я много с ним общалась. А сейчас вот на что обратила внимание: наши отношения некоторые люди стараются представить не такими, какие они есть на самом деле. Антиподами выставляют. А мы, скажем, во многом помогали Александру. В частности, в решении его личных проблем. Была одна история в сентябре… Александр знает, о чем речь.

– Появились ли претенденты на Алиева, помимо киевского "Динамо"?
– Появились. Позвольте не конкретизировать.

– Во сколько обойдется трансфер?
– Как вы помните, год назад мы приобрели этого футболиста за восемь миллионов. В то время он нечасто выходил на поле. Но Семин доверял человеку, наиграл его. Алиев громко заявил о себе в чемпионате, набрал отменную форму. Клуб выплачивал ему зарплату, премии. Исходя из логики: сколько теперь стоит трансфер? Тех же денег? Уж как минимум цена поднялась до девяти миллионов.

– Назовите максимум, который рассчитываете получить.
– Пусть точная цифра останется в секрете.

– Насколько известно, "Локомотив" должен полностью рассчитаться перед "Динамо" за трансфер Алиева в срок до 28 февраля.
– По существующему договору штрафные санкции наступают в случае двухнедельной задержки уплаты, то есть в середине марта. И, кстати говоря, мы должны доплатить не четыре миллиона, а два.

– Как реагируете на ряд заявлений президента "Динамо" Игоря Суркиса в ваш адрес?
– Как на попытку сбить цену на Алиева. И только так.

– Какое впечатление оставила встреча с командой в Турции?
– Мне все понравилось. Настроение игроков, сама атмосфера. Поля – великолепные. Ребята рассказывают, Красножан уделяет много внимания тактике. А ведь первый сбор самый сложный. Игроки как никогда устают физически. И это, случается, плохо отражается на их эмоциональном состоянии. Но в "Локомотиве" все хорошо. Не сглазить бы.

Наблюдая за ходом сборов в Москве с помощью спортивных изданий и нашей пресс-службы, которую считаю лучшей в премьер-лиге, поймала себя на ощущении, будто нахожусь рядом с командой, настолько все информативно. Но все равно решила приехать. Мне важно самой прочувствовать атмосферу в команде, лично пообщаться с тренерами и игроками. И как-то сразу стало спокойнее.

– На сборе основы "Локо" около 30 человек – не считая группы молодых ребят, которым по возрасту пора бы себя проявлять. Как быть с невостребованными игроками?
– Собираемся отправлять их в аренду. Мы довольны нашей молодежью, но игровой практики на всех не хватит. Лучший вариант – наиграть ребят, допустим, в дивизионе рангом ниже. Тогда они вернутся более подготовленными к премьер-лиге. Оптимальная численность основной обоймы – 22–26 человек. Правильно, что Красножан устроил сбор с расширенным составом делегации. Тренер увидел потенциал каждого футболиста. Донес свои требования.

– Из последних перестановок в клубе выходит, что за селекцию теперь отвечают Алексей Смертин и Алексей Зинин. С чем связаны перемены?
– Из клуба ушел только один человек из этого крыла, Тищенко. Остальные как работали, так и работают. Мы просто добавляем людей. Потому что прежнему составу не хватало времени качественно заниматься этой работой. Смертин и Зинин работают рука об руку и должны выстроить эту систему. Кроме того, в клубной академии с недавних пор работает селекционер Евгений Смертин.

– Вы не упомянули об уходе с поста вице-президента Юрия Белоуса…
– Так получилось. Причин расставания несколько. У каждого свои планы.

– Намерены ли вы в этом году избавиться от зияющих пустот на трибунах?
– Хотим повысить посещаемость в два раза. Тысяч до двадцати на каждую игру. Хочется, чтобы стадион стал местом всеобщей радости. Чтобы родители знали: к нам можно приходить с детьми, они не услышат мат. Билетная программа активизируется. Увеличиваем рекламу. Намереваемся привлечь на стадион жителей близких районов. Чтобы приводили своих детей заниматься спортом – и на каток, и на футбольные поля. Быть может, эта работа пока невидима для широкого круга. Но я надеюсь, она принесет свои плоды.

Рассчитываем и на болельщиков "Локо", которые будут приводить на трибуны новых людей. Я почти каждый день захожу на сайт болельщиков, читаю мнения к статьям. Уверена, что наши болельщики самые умные, потому что только на нашей гостевой так грамотно пишут, обозначают запятыми деепричастные обороты. Не надо говорить, что болельщики – это масса недалеких людей.

– Вы по-доброму отзываетесь о болельщиках "Локомотива". Но, полагаю, вы не обрадовались акциям, устроенным фанатами в "вашу честь".
– Постаралась воспринимать это как часть своей работы. Я не могу осуждать людей, которые так выступили. Мне кажется, таких акций я не заслуживала. Но, видимо, работать надо лучше, чтобы люди изменили мнение.

– Что вы чувствовали, когда в осенних матчах чемпионата фанатские сектора скандировали оскорбления?
– Было обидно. И очень тяжело. Но я пережила. В чем болельщики могли обвинить меня? Команда осенью шла только вверх, все стало уравниваться. В какой-то момент я поняла, что болельщиками умело манипулируют. Молодые люди, когда объединяются, видят одну правду. А смотреть надо шире.

Вбрасывались надуманные истории. Цеплялись к словам: Смородская сказала то-то, сё-то. В Интернете потом обсуждают, осуждают. И никому в голову не приходит, что я "ничего такого" не говорила.

– Как пережили известный пассаж Юрия Семина на банкете о вашем "конфликте с футболом"?
– На мой взгляд, пассаж был нелогичным. Я понимаю, что имел в виду Семин. Что ж, возьмем высших руководителей клубов премьер-лиги. Никто из них не являлся футболистом, тренером. Люди приходят в управление клубов из бизнеса, не связанного с футболом. Разве что Валерий Газзаев стал недавно президентом "Алании".

Я не тренер. Приходила не тренировать. Я – менеджер. Так что никакого конфликта с футболом у меня не было.

Что касается Семина, для нашего клуба – это человек-эпоха. Весьма уважаемый в футбольном мире специалист. И мне хотелось бы, чтобы наши болельщики гордились не только написанными страницами истории клуба, но и вновь открывшимися. Надеюсь, мы забудем о болезненных темах, будем смотреть в будущее.

– Тогда спрошу про Новый год. Справляли по-домашнему?
– Впервые за 15 лет я не уезжала из Москвы на Новый год, осталась дома.

– Вам, как хранительнице очага, удалось в новогодние праздники постоять у плиты?
– Нет. Дело в том, что и 30, и 31 декабря я находилась в офисе клуба до позднего вечера. У нас Новый год, а в Европе трансферами занимаются. Плюс к этому в конце декабря мы занимались приобретением тренажеров, медицинского оборудования. В клубе все довольны покупками. 31-го числа мне в какой-то момент показалось, что дело кончится тем, что я встречу Новый год в Черкизове. А выходной у меня был всего один – 1 января. Это было странное ощущение – оказаться дома. 2-го числа работа в клубе возобновилась.