Президент ЦСКА Евгений Гинер после подписания клубом спонсорского контракта с "Башнефтью" заметил: для ФИФА и УЕФА нет смысла запрещать России иметь три трансферных окна в ходе одного сезона. Он также выразил мнение, что все клубы должны существовать в рамках своего бюджет, сообщает "СЭ".

- Не могли бы вы пояснить, что как обстоит дело в вопросе с трансферными окнами в следующем сезоне?

- Это рабочий момент. Для ФИФА и УЕФА нет смысла что-то нам запрещать. К тому же журналисты многое любят перефразировать. Три трансферных окна в течение полутора лет - зимой, летом и зимой - как были, так и есть. Вопрос состоял немного в другом. Мы хотели немного уменьшить длительность зимнего трансферного окна, так как по положению ФИФА его продолжительность между чемпионатами должна составлять 12 недель, а между кругами - 4 недели. А при системе "осень-весна" летом мы много времени теряем, а зимой имеем много лишнего. В декабре разве кто-то заявляет футболистов? ЦСКА - нет, "Спартак", "Зенит" и все остальные - тоже. Поэтому речь идет о том, чтобы продолжительность зимнего трансферного окна уменьшить до 4-5 недель, а летнего сделать хотя бы 8 недель. Кто и на основании чего нам может запретить иметь летнее или зимнее трансферное окно? Как ФИФА может нам сказать, что раз в России такой длинный чемпионат, зимой или летом клубы не будут делать дозаявки?

- РФПЛ приняла новые регламенты, удовлетворили ли они вас? Как вы относитесь к тому, что теперь заявки клубы будут подавать по раздельным спискам?

- Это особой роли не играет. Главное, чтобы молодые игроки могли быть заявлены в списке "Б" в неограниченном количестве и выступать в любой момент, когда в этом есть надобность. Ничего плохого нет в том, что эти футболисты будут выходить в основных составах. Это разрешает ФИФА и УЕФА. Список "Б" может быть неограниченным, а список "А" всегда ограничен. Что проблем компенсаций за переходы молодых футболистов, то ее отмена приведет к разорению мелких школ и клубов, так как они имеют свои 100-200 тысяч рублей дохода за каждого игрока. Не совсем согласен я и с тем, что нужно запретить переходы футболистов до определенного возраста. С одной стороны говорят, что топ-клубы набирают много молодых людей, и потом их гробят. С другой - никто не говорит о том, что у спортсмена для развития должны быть лучшие условия, конкуренция и так далее. Согласен с тем, что нужно увеличить цену на молодых футболистов, чтобы их не закупали десятками. Если такой игрок будет стоит не 200 тысяч, а, скажем, миллион - тогда клуб уже нужно задумываться. над тем, что получится из ребят, как их растить, выплачивать зарплату, где им жить и прочее. И тогда они купят только двоих, которые им действительно нужны.

Топ-клубы есть везде и это никак не обижает другие команды. Почему у нас не может их быть? Или как в Советском Союзе все должны быть равными и бедными? Сейчас при демократии - абсолютная норма, что кто-то более богатый и сильный, если он работает больше. Все должны жить в рамках своего бюджета, а то я например читаю, что покупается футболист из сборной какой-нибудь балканской страны и не понимаю, как клуб может себе это позволить, если он ходит и просит деньги. ЦСКА, например, думает, стоит покупать игрока или нет, потому что нам надо платить из своего кармана. И не считаю нужным пойти к премьер-министру и что-то попросить. Хотя если речь, например, идет о строительстве стадиона, поскольку проводится чемпионат мира, то тут можно взаимодействовать с государством, поскольку арену никуда не унесешь. Но это не подходит для футболистов. А то, как в некоторых клубах бывает: человек игрока купил, потом продал - и денежки себе забрал. Не понимаю, как можно сказать: "Назначьте мне спонсоров!" - меня от этого коробит. Ведь в нахождении спонсоров и заключается работа. Поэтому надо делать себя интересным. У ЦСКА есть много предложений от спонсоров, потому что мы работаем, и клуб интересен им. Есть предложения даже из-за рубежа: японцы постоянно спрашивают, где будет играть Хонда, чилийцы хотят купить права на трансляции, потому что у нас выступает Гонсалес… Это же плюсы для всей страны.