С одной стороны СКА – однозначно молодцы: сравнять серию, проигрывая 0-3. Могут только люди со стальными запчастями. С другой стороны, у сегодняшней победы есть имя – Константин Оленин. И дело тут не в том, что господин Оленин наказал Романа Любимова за подножку пятью минутами плюс дисциплинарным до конца игры. Беда в том, что господин Оленин закрыл глаза на то, что Илья Каблуков, прежде чем попасть под поезд Любимова, нарушил правила на Александра Радулове. Петербуржцы забить не смогли – и тем немного подретушировали интересную принципиальность арбитра; и возможно что Оленина в следующем матче не будет, и может быть даже он не будет судить финал, но осадок от игры остался. И говорить будут не о том, что СКА победил, а о том, что ЦСКА сегодня не дали одержать победу. Но довольно об этом.
Сама игра представляла странную метаморфозу по отношению к ЦСКА. Если действия хозяев – от хорошего к среднему (не худшему, нет) – вполне можно уложить в канву хоккейного матча, в самом деле, ведь часто так бывало, что начавшая бодро команда затем скатывалась летаргию, то игра москвичей развивалась в противоположном направлении: от худшего к хорошему. Примерно равные стартовые пять минут поединка затем сменились тотальным превосходством СКА – как в пятницу. Отмашкой стало глупое удаление Евгения Короткова – реализовав его могучим выстрелом Ильи Ковальчука, петербуржцы помчались во весь опор, и живо организовали натуральный пожар в зоне Кевина Лаланда. Игра ЦСКА разрывались между пятёркой соперника и шайбой, всей своей пятёркой перекрывали ворота, в конце концов, отбрасывались - в общем, делали всё то, что должно было означать только одно: итоговый разгром. Микко Коскинен в этом время натурально скучал на своей половине поля, хотя мог безбоязненно отправиться на скамейку, чтобы дать возможность петербуржцам сыграть вшестером, ибо за ворота можно было не опасаться.

Хотя агрессия агрессией, а забросить в большинстве хозяевам уже не удалось. Как ни паниковали москвичи, но им худо-бедно удалось наладить хотя бы игру в меньшинстве, и с трудом дотянуть до перерыва. После чего начался совсем другой хоккей. Не сразу, понятное дело. По инерции СКА ещё бежал вперёд. Но тут ведь как – если ты не удаляешься в одном периоде, а твоей соперник удаляется, это не означает, что тебя не будут удалять вовсе. Стоило Патрику Торесену забыть об этой простой истине, как гости оказались в большинстве и весьма тонко его разыграли: проводивший всего лишь вторую свою игру в этом плей-офф Стефан Да Коста счёт сравнял. И вот после этого ситуация на площадке стала меняться в сторону равенства. ЦСКА вдруг стал играть в хоккей, похожий на хоккей первых трёх матчах серии, а не на проходной двор последних, и СКА пришлось оглядываться на свои ворота. Тем более что Коскинен, какие бы ему дифирамбы не пели, голкипер специфический, частенько допускающий весьма рискованные отскоки шайбы, что чревато неожиданным добиванием. А тут ещё хозяева в конце периода остались в меньшинстве. Короче говоря, хоккей для СКА куда как более нервным, чем прежде. Одно дело выходить на последний бой, когда терять нечего, и совсем другое дело, когда вдруг появляется, что терять.

С таким чувством хозяева играли весь третий период. Это чувство не позволило им реализовать сразу два большинства подряд – сперва нормальное двухминутное, затем сверхкомфортное пятиминутное. В этом смысле психологическое преимущество было на стороне ЦСКА, потому что москвичам ещё было куда отступать. Сообразно с этим гости и шли чаще вперёд, нагружая Коскинена работой. Примерно так развивались события и в овертайме. Игра шла до первой ошибки или до первого блистательно исполненного момента. И вот тут уже преимущество было у СКА, ибо у хозяев людей, способных решить эпизод – три пятёрки. Оно, преимущество это, и сработало, когда Торесен сумел разобраться на пятаке. Серия едет в Москву, где и закончится. Вот только под знаком какого судейства она завершится? Огромный вопрос…